и говорить приходилось очень
  громко, пригибаясь к самому уху собеседника.
   От страшной полосы урагана мы уходили вс„ дальше; и теперь - издали - это
  зрелище было ещ„ более жутким.
   Если бы художник изобразил такую необычайную картину моря, - точно
  искусственно раздел„нного на ч„рные, грозные, но не слишком опасные волны и
  зел„ные водяные горы, несущие смерть, - каждый непременно подумал бы, что
  художник излил на полотно бред своей больной души.
   Трудно было оторваться от этого устрашающего зрелища. Грозы уже не было,
  но небо по-прежнему было ещ„ ч„рным, - и странно поражали лоскутья синего
  бархата, мелькавшие кое-где на фоне туч.
   Позади раздался голос капитана, шагов которого мы не слыхали.
   - Двадцать лет плаваю, - говорил он, - обош„л все океаны, видел немало
  бурь, бурь тропических. Но ничего подобного сегодняшней ночи не переживал,
  никогда такого количества смерчей видеть не приходилось. Смотрите, смотрите,
  - вдруг громко закричал он, повернувшись налево и. указывая на что-то рукой.
   На гигантской водяной горе стояло два белых, кипящих столба, вершины
  которых уходили в небо.
   Капитан бросился к рубке, я хотел было бежать за ним, но И. удержал меня,
  сказав, что этот смерч пройд„т мимо и гибелью нам не грозит. Присутствие
  капитана на мостике необходимо; но в нашей помощи нужды уже чет.
   Смерч действительно н„сся мимо; но вдруг я увидел, как из водяной стены
  справа стала вырастать, вращаясь колесом, струя воды и через минуту вырос и
  на ней огромный водяной столб. Он пон„сся