тью из флакона от ладони до плеча, каждый раз крепко растирая ладонь.
  Рука, прежде совершенно белая, стала розовой, а затем покраснела. То же
  самое он проделал с другой рукой, потом с ногами и раст„р наконец вс„ тело.
  Жидкостью из другого флакона он смазал мальчику виски, за ушами и темя.
   Мальчик внезапно открыл глаза и сказал, что очень хочет есть. Немедленно,
  по совету И., дедушка позвонил и приказал принести горячего шоколада и
  белого хлеба.
   Пока лакей ходил за шоколадом, И. дал капель старику и посоветовал поесть
  самому. Сначала старик отказывался, говоря, что от качки есть не может; но
  когда мальчику принесли еду, сказал, что шоколад он, пожалуй, выпил бы.
   И. посоветовал ему поесть манной каши и выпить кофе, потому что сейчас
  шоколад ему вреден.
   Вс„ это время И. не сводил глаз с мальчика, наблюдая за ним. Он
  спрашивал, не холодно ли ему; и мальчик отвечал, что у него вс„ тело горит,
  что ему ещ„ никогда не было так тепло. На вопрос, не болит ли у него
  что-нибудь, мальчик сказал, что у него в голове сидел винт и очень больно
  резал лоб и глаза; но что сейчас доктор, верно, винт вынул.
   И. дал ему ещ„ каких-то капель и попросил заснуть, мальчик охотно
  согласился и, действительно, через десять минут уже спал, ровно и спокойно
  дыша.
   - Ну, теперь ваша очередь, - сказал И., подавая лекарство старику.
   Тот беспрекословно повиновался; затем И. попросил его лечь и сказал, что
  через три часа мы ещ„ раз наведаемся, а пока пусть все мирно спят.
   Мы вышли из каюты,