ое личико с огромными глазами вспыхнуло, она улыбнулась и как-то
  мгновенно изменилась. Она стала так миловидна, что я сразу понял, чего ей
  недоставало. Уныние, разочарование, лежавшие на этом лице, делали его
  м„ртвым.
   "Должно быть, и здесь Матери Жизни потребовалась ч„рная жемчужина в
  ожерелье", - вспомнились слова Али.
   Жалость к спутнице помогла мне забыть о себе, и я стал искать, чем
  рассеять е„ печаль.
   Я начал с того, что представился, попросив прощения, что мы не сделали
  этого раньше.
   Девушка ответила, что фамилию она прочла в судовой книге, и это не
  составило труда, ибо каюта-люкс на пароходе только одна.
   Она рассказала, что родом из Флоренции, что вот уже два года они живут в
  Петербурге у дядюшки. На родине е„ постигло очень большое горе, и мать
  увезла е„ путешествовать.
   Зовут е„ Мария, а мать Джиованна Гальдони, они едут в Константинополь
  навестить т„тушку, синьору Терезу, которая вышла замуж за дипломата и теперь
  вот судьба закинула е„ в Турцию. Она спрашивала, куда едем мы с братом. Я
  ответил, что пока в Константинополь, дальнейшего маршрута ещ„ не знаю.
   Так дошли до магазина белья, и здесь мы уступили поле сражения обеим
  синьорам. Однако при покупке платья и верхних вещей я решил вмешаться, ибо
  итальянки предпочитали вещи светлые и яркие. Я же выбрал для Жанны синий
  костюм из китайского ш„лка, белую батистовую блузку и небольшую английскую
  шляпу из рисовой соломки с синей лентой. Мы послали ещ„ купить два чемодана,
  уложили в них вс„,