ля...
   И. молча смотрел на этого несчастного человека, а передо мной - в один
  миг - мелькнула загубленная жизнь, проданная за деньги отвратительной
  старухе. Не знаю, как поступил бы я на месте И., он же тихо сказал:
  "Ведите".
   - О, благодарю вас, - пробормотал муж княгини, и мы двинулись за ним в
  каюту 25.
   - Я скоро вернусь, - сказал И. обступившим его пассажирам. - Обойду всех,
  кто будет нуждаться в моей помощи. Не ходите за мною, ждите.
   Ужасное зрелище представилось нам, когда мы вошли в каюту. Среди
  отчаянного беспорядка мы увидели нечто уродливое, седое, бездыханное,
  лежавшее на койке с отвисшей беззубой челюстью.
   И. подош„л к постели, потрогал руку, лоб и шею княгини и перев„л взгляд
  на мужа, единственный глаз которого выражал страх и ожидание приговора.
   - Ваша жена жива, - сказал ему И. - Но ждать, что она будет вполне
  здорова, напрасно. Е„ разбил паралич, и двигаться она не сможет.
  Восстановятся ли речь и руки, можно будет сказать только тогда, когда я
  приведу е„ в чувство, а вы выполните все те процедуры, которые я назначу.
   - Я готов со всем усердием ухаживать за ней, лишь бы живой доставить е„ в
  Константинополь. Она должна встретиться со своим сыном, моим двоюродным
  братом, а там уж будь что будет. Лишь бы никто не заподозрил меня в том, что
  я е„ в дороге уморил, - сказал муж.
   С этими словами он опустил голову на руки и заплакал, как реб„нок.
   Не могу сказать, что говорило во мне сильнее: презрение к здоровому
  мужчине,