ехал с вашим братом. А теперь я могу его взять. Только
  выеду не сегодня, а завтра на рассвете.
   Разговаривая, мы пересекли базарную площадь, в конце е„, у развалин
  старой мечети, собралась порядочная кучка восточного народа, среди которого
  я заметил несколько ж„лтых халатов и остроконечных шапок с лисьими хвостами
  монашеского ордена дервишей.
   - Да, должно быть здорово обозлены эти ж„лтые на Али Мохаммеда, - сказал
  полковник.
   - Почему? - спросил я. - Что им сделал Али Мохаммед? - Да разве вы не
  слыхали, что против него собираются поднять религиозное движение? И в эту
  ночь вот эти ж„лтые дервиши, конечно, сами учинили огромную пакость Али. Вы
  ничего не слыхали? - продолжал спрашивать полковник.
   Я внутренне вздрогнул, но спокойно пожал плечами и сказал:
   - Что же я мог слышать, если почти единственный мой знакомый здесь вы, и
  вижу я вас только сейчас; а брат мой уехал вчера вечером.
   На это полковник кивнул головой и рассказал мне, что в эту ночь у Али
  Мохаммеда должно было состояться похищение невесты, его племянницы. Что это
  - часть обряда, заранее обусловленная; что едет жених похищать невесту с
  толпой своих товарищей, с пальбой из ружей и прочей инсценировкой дерзкого
  похищения; а на самом деле невесту они находят в определ„нном месте,
  выведенную старухами, хватают е„ и мчат во весь опор в дом жениха на хороших
  конях, стреляя в воздух.
   Мне вспомнились выстрелы и шум телег ночью; и я недоумевал, чем же это
  разрешилось, кого же увезли вместо Наль. Видя, что я молчу,