беспредельная верность мне, верность и любовь
  реб„нка, потом юноши, от которого у меня не было тайн. Его истинная
  поглощающая любовь к Наль, заставившая забыть о себе и думать о ней, -
  спасла не одну, а три жизни, которые были бы прерваны его рукой, если бы
  верность не победила вс„. В эту ночь он добровольно выбрал тропу жизни и
  надел на нить своего ожерелья ч„рную, как листья ч„рного кл„на, жемчужину
  отречения, чтобы помочь жить женщине, так похожей на розовую магнолию... Я
  уже сказал, не сегодня - завтра объявят религиозный поход против меня. Что
  это означает, я лучше не буду тебе объяснять. Когда, доехав до дома жениха,
  увидели, что в повозке лежит только одна одежда Наль, - мгновенно известили
  муллу и дервишей и, посоветовавшись с ними, вернулись в мой спавший дом
  целой толпой с омерзительными криками, оскорблениями и угрозами. Я молча
  стоял среди этой разъяр„нной толпы. И наконец, воспользовавшись минутой
  относительного затишья, велел слугам вызвать старух, которые должны были
  вывести Наль в сад в условленное место, к жениху. Толпа ждала. Казалось, вс„
  вокруг наполнено электрическими токами бешенства. Шли минуты, походившие на
  часы. Переполох в доме, конечно, давно разбудил всех на женской половине.
  Вскоре шесть старух во главе со старой т„ткой Наль встали рядом со мной.
   - Эти люди, - сказал я им, - обвиняют вас в том, что вы не Наль вывели в
  сад, а одну е„ одежду отдали жениху. И среди озверевших мужчин и дрожавших
  от страха и внезапно пришедших в бешенство