зни, как и в
  природе, нет явлений случайных, а царит гармония всегда закономерно и
  целесообразно действующих сил, связывающих всех людей воедино, как группы
  ч„рных кл„нов и розовых магнолий.
   Мо„ спокойствие не то что возрастало с каждой минутой, оно как бы
  утверждалось, черпая силу в самой глубине моего сердца, которое, казалось, я
  понял впервые. Видя мо„ молчание, Али прибавил:
   - Не думай, что тебе надо дать ответ сию минуту. Хотя, конечно, временем
  мы не располагаем; я ожидаю самого быстрого хода событий.
   - Мой ответ готов, - сказал я. - Я так глубоко спокоен, решение мо„ так
  ясно, что я ещ„ ни разу за всю свою жизнь не припомню подобного чудного и
  чудного состояния духа, подобного мира в себе.
   Я не только не колеблюсь, но мне даже не представляется возможным пойти
  другим пут„м, где бы мог я отделить себя от брата, от вас, от Флорентийца и
  всех ваших друзей. Ведь если бы мой брат был здесь, - он слил бы свою жизнь
  с вашей и пош„л бы за вами. Мо„ решение не нуждается в обдумывании. Я иду с
  вами, я верен моему брату-отцу и буду отстаивать так же всеми силами его
  жизнь и счастье, как и раскрепощение того народа, которому вы так беззаветно
  и самоотверженно служите.
   - Тво„ спокойствие, друг, убеждает меня более всяких клятв и обещаний.
  Верн„мся в дом, там могут быть какие-нибудь новые вести.
   С этими словами Али Мохаммед встал, обнял меня и, положив руку мне на
  голову, заглянул глубоко в мои глаза своими агатовыми бездонными глазами.
  Трепет какого-то восторга охватил