а ли хозяин. Оказалось,
  хозяин только что вернулся домой и даже ещ„ не ужинал, хотя сказал, что
  очень голоден.
   Флорентиец попросил передать хозяину, что нас прислал лорд Бенедикт и мы
  просим принять нас, если можно, тотчас же. Монета, скользнувшая незаметно в
  руку дворника, сделала его намного любезнее. Он впустил нас в сад и побежал
  доложить о нас хозяину. Мы остались одни. Пока мы ожидали в темноте сада,
  Флорентиец осторожно просунул палец под мою ватную шапочку и ловко стащил е„
  с меня; почти мгновенно оторвав е„ от дервишской шапки, он снова надел шапку
  мне на голову.
   То, что я почувствовал, когда освободился от ватного бинта на голове, не
  подда„тся описанию. Я хотел громко закричать от радости, но опасаясь выдать
  себя, промолчал, раза два вс„ же подпрыгнув на месте.
   - Какой там Лордиктов? Вечно вс„ перепутаешь! - дон„сся до нас голос.
   Я было подумал, что где-то уже слышал этот особенный голос, но не мог
  себе уяснить, где и когда.
   - Помни же, ты вс„ ещ„ глух, пока не скажу, - шепнул Флорентиец.
   Дворник вернулся и пригласил нас подняться на веранду. Мы пошли за ним и
  увидели, что на веранде горит свет. Но зелень - вся в крупных, висящих
  гроздьями цветах - сплеталась в такой густой покров, что света из сада не
  было видно.
   Мы поднялись на веранду. Слуга, почти мальчик, хлопотал у стола, внося
  накрытые тарелками блюда, фрукты.
   Флорентиец сложил наши вещи в углу, и мы сели на деревянный диванчик.
  Слуга несколько раз входил и выходил, каждый раз весьма недружелюбно,