ько эта мелодия":
   И покупавшая взяла лютню и произнесла такие стихи:
   "До каких же пор отдален ты будешь и гроб со мной?
   Не довольно ль слез пролилось моих до сей поры?
   До каких же пор ты продлишь разлуку умышленно?
   Коль завистнику ты добра желал - исцелился он.
   Коль коварный рок справедлив бы был ко влюбленному,
   Никогда б ночей он не знал без сна, страстью мучимый.
   Пожалей меня; я измучена твоей грубостью;
   Не пора ль тебе, повелитель мой, благосклонней стать?
   О убийца мой! Расскажу кому о любви своей?
   Как обманут тот, кто печалится, коль любовь мала!
   Моя страсть все больше, и слез моих все сильнее ток,
   И разлуки дни, что текут, сменяясь, так тянутся!
   Правоверные! За влюбленного отомстите вы,
   Друга бдения. Уж терпенья стан опустел совсем.
   Дозволяет ли, о желанный мой, то любви закон,
   Чтоб далек был я, а другой высок в единенья стал?
   И могу ли я наслаждаться миром вблизи него?
   О, доколь любимый стараться будет терзать меня?"
   И когда женщина услышала третью касыду, она вскрикнула, и разорвала
  свою одежду, и упала на землю без памяти в третий раз, и опять стали
  видны следы ударов бичами. И календеры воскликнули: "Чтобы нам не вхо-
  дить в этот дом и переночевать на свалке! Наша трапеза расстроена тем,
  от чего разрывается сердце". И халиф обратился к ним и спросил: "Почему
  это?" - и они сказали: "Наше сердце смущено этим делом". - "Разве мы не
  из этого дома?" - спросил халиф. "Нет, - отвечали они,