тделил от него
  сестру, мой сыч вырыл для себя это помещение под землей и выровнял его и
  перенес туда, как ты видишь, съестные припасы. И он обманул мою бди-
  тельность и, когда я был на охоте, пришел в это место, но преистинный
  возревновал к нему и к ней и сжег их, а наказание в будущей жизни еще
  сильнее и мучительней".
   Он заплакал, и я заплакал вместе с ним, и он посмотрел на меня и ска-
  зал: "Ты мой сын вместо него!" И я поразмыслил немного о жизни земной и
  ее превратностях, и о том, как везирь убил моего отца и сел на ею место
  и вырвал мне глаз, и о диковинных событиях, что исполнились с моим двою-
  родным братом, и потом я заплакал, и мой дядя заплакал вместе со мной.
   Затем мы поднялись наверх и опустили плиту и насыпали землю на место
  и сделали могилу такой, как она была прежде, и возвратились в наше жили-
  ще. Но не успели мы усесться, как услышали звуки барабанов, труб и ли-
  тавр и бряцание оружия храбрецов, и крики людей, и лязг удил, и конское
  ржание, и мир покрылся мраком и пылью из-под копыт коней. И наш ум сму-
  тился, и мы не знали, в чем дело, и спросили о том, что случилось, и нам
  сказали: "Везирь, который захватил царство твоего отца, собрал солдат и
  снарядил войско и нанял кочевых рабов и пришел к нам с войском, много-
  численным, как пески, которого не счесть и не одолеть никому. Они ворва-
  лись в юрод внезапно, и жители не могли устоять и отдали им город". И
  мой дядя погиб, а я убежал в конец юрода и подумал: "Если я попаду