лекарства, кроме черного кота, и он
  взял из белой точки, что была у него на хвосте, семь волосков и спрятал
  их у себя. И едва взошло солнце, как прибыл царь со своими вельможами, а
  остальной свите приказал стоять. Когда царь вошел к возбудившему за-
  висть, тот сказал: "Добро пожаловать!" - и, велев ему подойти ближе,
  спросил: "Хочешь, я открою тебе, для чего ты ко мне прибыл?" - "Хорошо",
  - ответил царь. И старец сказал: "Ты прибыл, чтобы посетить меня, а в
  душе хочешь меня спросить о своей дочери". - "Да, праведный старец!" -
  воскликнул царь. И внушивший зависть сказал: "Пошли кого-нибудь привести
  се, и я надеюсь, что, если захочет Аллах великий, она сию же минуту ис-
  целится".
   И царь обрадовался и послал своих телохранителей, и они принесли ца-
  ревну со скрученными руками, закованную в цепи, и возбудивший зависть
  посадил со и покрыл ее покрывалом и, вынув волоса, окурил ее ими. И тот,
  кто был над ее головой, испустил крик и покинул ее, а девушка пришла в
  разум и закрыла себе лицо и спросила: "Что это происходит и кто привел
  меня в это место?" И султан обрадовался радостью, которой нет сильнее, и
  поцеловал ее в глаза и поцеловал руки у старца, возбудившего зависть, а
  после того он обернулся к вельможам своего царства и спросил их: "Что вы
  скажете? Чего заслуживает тот, кто исцелил мою дочь?" - "Жениться на
  пей", - отвечали они. И царь воскликнул: "Вы сказали правду!" Потом он
  выдал дочь замуж за внушившего зависть, и тот сделался