отзывались о них с нескрываемым презрением.
  Еще в X веке ан-Надим, говоря о "Тысяче и одной ночи", пренебрежительно
  замечал, что она написана "жидко и нудно". Тысячу лет спустя у него тоже
  нашлись последователи, которые объявляли этот сборник пустой и вредной
  книгой и пророчили ее читателям всевозможные беды. Иначе смотрят на
  сказки Шахразады представители передовой арабской интеллигенции. Призна-
  вая в полной мере большую художественную и историко-литературную цен-
  ность этого памятника, литературоведы Объединенной Арабской Республики и
  других арабских стран углубленно и всесторонне изучают его.
   Отрицательное отношение к "Тысячи и одной ночи" реакционно настроен-
  ных арабских филологов XIX века печально отразилось на судьбе ее печат-
  ных изданий. Научного критического текста "Ночей" еще не существует;
  первое полное издание сборника, выпущенное в Булаке, под Каиром, в 1835
  году и неоднократно перепечатанное впоследствии, воспроизводит так назы-
  ваемую "египетскую" редакцию. В булакском тексте язык сказок претерпел
  под пером анонимного "ученого" богослова значительную обработку; редак-
  тор стремился приблизить текст к классическим нормам литературной речи.
  В несколько меньшей мере деятельность обработчика заметна в калькуттском
  издании, опубликованном английским ученым Макнатеном в 1839-1842 годах,
  хотя и там тоже представлена египетская редакция "Ночей".
   Булакское и калькуттское издания положены в основу существующих пере-
  водов "Книги