едь
  говорится в ходячих изречениях: "О благодетельствующий злому, достаточно
  со злодея и деяния его". Не делай так, как сделала Умама с Атикой". -
   "А что сделала Умама с Атикой?" - спросил рыбак.
   И ифрит ответил: "Не время теперь рассказывать, когда я в этой
  тюрьме! Если ты меня отпустишь, я расскажу тебе об этом".
   "Оставь эти речи, - сказал рыбак, - ты непременно будешь брошен в мо-
  ре, и нет никакой надежды, что тебя когда-нибудь оттуда извлекут. Я тебя
  просил и умолял, но ты хотел только моей смерти, без вины, заслуживающей
  этого, хотя я тебе не сделал зла, - я оказал тебе только благодеяние,
  освободив из тюрьмы; и когда ты со мной все это сделал, я узнал, что ты
  поступаешь скверно. И знай, что я брошу тебя в море; а чтобы всякий, кто
  тебя выловит, кинул обратно, я расскажу, что у меня с тобой было, и пре-
  достерегу его. И ты останешься в этом море до конца времени, пока не по-
  гибнешь".
   "Отпусти меня, - сказал ифрит. - Теперь время быть великодушным, и я
  обещаю тебе, что никогда ни в чем тебя не ослушаюсь и помогу тебе
  чем-то, что тебя обогатит".
   И тогда рыбак взял с ифрита обещание, что тот, если он его отпустит,
  не станет ему вредить, а сделает ему добро, и, заручившись его обещанием
  и заставив его поклясться величайшим именем Аллаха, открыл кувшин. И дым
  пошел вверх, и вышел целиком, и стал настоящим ифритом. Ифрит толкнул
  ногой кувшин и кинул его в море. И когда рыбак увидал, что ифрит бросил
  кувшин в море, он убедился