ки. - Командир корабля несет ответственность за все
  переговоры, которые ведутся с самолета, тем более с такого. - Уверена, что
  вы поймете меня правильно.
   - Не сомневаюсь, что так и следует поступать.
   - Вы упомянули о своей жене... о смерти своей жены.
   - Да, мы давно знакомы со Стивенсон, и иногда я заговариваю о вещах, о
  которых не следовало бы говорить.
   - Мне очень жаль... Я имею в виду вашу жену.
   - Спасибо, - сказал Тайрел и замолчал. Два простых слова "мой дорогой"
  расстроили его и заставили вести себя так глупо. Можно подумать, что только
  к нему можно обращаться так ласково, а уж ни в коем случае не к заносчивому
  американскому парню, тем более подчиненному. Это было европейское обращение,
  наполненное неизменным теплом и привязанностью" Только две женщины в его
  жизни обращались к нему так. Ингрид и Доминик - единственные женщины,
  которых он любил. Одна из них жена, которую он обожал, а вторая прекрасное
  призрачное существо, реальное и иллюзорное, которое вернуло его к жизни. Это
  были их слова, адресованные только ему. И все-таки он ведет себя как идиот.
  Слова не могут быть ничьей собственностью, и он прекрасно понимает это. Но
  ими нельзя бросаться просто так, превращая в заурядные выражения. О Господи!
  Надо выбросить все это из головы и приступать к работе. У него есть цель!
   - Подлетаем к Сен-Мартену... Тай, - тихо сообщила майор Нильсен.
   - Что?.. О, извините, что вы сказали?
   - Вы