от, который сотни раз летал по
  этой трассе, второй пилот - грузная женщина с темными волосами,
  заправленными под шлем, и высокий юноша, расположившийся на заднем сиденье.
  Среди таможенников, обслуживавших этот самолет, был приятный чиновник,
  который поприветствовал всех на итальянском и быстро оформил въездные
  документы. Амайя Бажарат и Николо Монтави из Портичи ступили на американскую
  землю.
   - Клянусь Богом, не знаю, как вам удалось добраться до такого высокого
  начальства, - начал Джексон Пул, входя в гостиничный номер на Сен-Мартене,
  где Хоторн и Кэтрин Нильсен изучали компьютерные распечатки, - но уверен,
  что лапы у вас подлиннее, чем у дьявола.
   - Означает ли это, что мы уволены? - спросила Кэти.
   - Черт побери, майор, этот пират-янки, можно сказать, усыновил нас с
  нашего согласия - или без оного.
   - Я также являюсь капитаном рабовладельческого судна, - тихо сказал
  Тайрел, возвращаясь к компьютерным таблицам, освещенным настольной лампой, и
  примериваясь к чему-то с помощью линейкой.
   - Поясните, пожалуйста, лейтенант, - попросила Кэтрин.
   - Он владеет нами, Кэти.
   - Могу заверить тебя, что не полностью, - ответила майор Нильсен.
   - Ладно, мы ведь и сами изъявили желание. Из-за взрыва "Большой леди"
  приказано не использовать здесь летчиков, а о самом взрыве молчать. Твоя
  кандидатура, Кэти, одобрена, потому что у тебя есть опыт морских операций, а
  моя - потому что