л меня
  из-за дел семьи.
   - Говори увереннее! Они могут подумать, что ты лжешь.
   - Кто?
   - А после того, как отец отозвал тебя из Швейцарии?
   - Я нанял частных преподавателей. - Николо помолчал, зажмурился, и
  запомнившиеся фразы стали вылетать у него изо рта:
   - Два года я занимался по университетской программе, по пять часов
  ежедневно! А на экзаменах в Милане я получил самые высокие оценки.
   - Это отражено в документах, - согласилась Бажарат и кивнула. - Ты хорошо
  потрудился, Николо.
   - Я могу и лучше, но это все сплошная фальшь, так ведь, синьора? А если
  кто-то, говорящий по-итальянски, задаст мне вопрос, на который я не смогу
  ответить?
   - С этим мы справимся. Ты просто переведешь разговор на другую тему,
  вернее, я сама это сделаю.
   - А зачем ты меня разбудила и говоришь все это?
   - Так было нужно. Вино заложило тебе уши, и ты ничего не слышал, а мне
  позвонили. Когда мы завтра прибудем в отель, там нас будут поджидать
  газетчики, которые хотят взять у тебя интервью.
   - Нет, Каби. Неужели их интересует интервью с портовым мальчишкой из
  Портачи? Они хотят взять интервью не у меня, а у младшего барона ди Равелло,
  разве не так?
   - Послушай меня, Нико. - Бажарат села на кровать рядом с ним и
  постаралась придать своему голосу как можно больше убедительности. - Я не
  говорила тебе об этом, но ты на самом деле можешь стать младшим бароном.
  Семья барона видела твою