ить на кого-то все это -
  дерьмо. Они продали все шесть самолетов мне за сто тысяч, которые сами же и
  одолжили, а потом смылись. Мне, несовершеннолетнему пилоту, которому для
  поступления на службу понадобилось разрешение матери, потому что отец давно
  умер... Боже мой, мне было всего восемнадцать! У меня отобрали все самолеты,
  кроме одного совершенно неисправного, но очень странно, что все они
  по-прежнему были зарегистрированы на мое имя.
   - Но у тебя остался один самолет, у которого только стоимость одного
  оборудования составляла как минимум два миллиона. И что ты сделал: продал
  его, чтобы пополнить свои доходы от воздушных перевозок?
   - Как бы не так! Я достаточно наворовал, чтобы несколько лет назад купить
  себе вот это гнездышко, - усмехаясь, ответил Альфред Саймон.
   - А куда же делся самолет? Он ведь представлял большую ценность.
   - Представлял и представляет. Я подремонтировал его и перегнал сюда,
  подкупив кого надо. Так что теперь он здесь, но я не использую его. Он стоит
  - спрятанный, законсервированный, но в рабочем состоянии. И я не буду летать
  на нем, пока не куплю собственный аэродром. А. уж тогда взлечу с него,
  спикирую прямо на этот хренов Пентагон и разнесу ко всем чертям этих сукиных
  детей, которые столько лет водят меня за нос! Эти ублюдки заявляют, что я
  украл у правительства США самолет стоимостью десять миллионов долларов... а
  это тянет на сорок лет в Ливенворте! Да я и четверть