помнил время, потраченное впустую в полицейском участке,
  где за всеми бессмысленными спорами он отвлекся от действительности.
   - Уже три часа, Тай, - услышал он голос Кэти. - Ты хочешь, чтобы мы вышли
  из комнаты?
   Тайрел внимательно посмотрел на Кэтрин и Джексона, переводя взгляд с
  одного на другого.
   - Нет, оставайтесь, я доверяю вам.
   - Мы беспокоимся за тебя, коммандер, - добавила майор. - Это очень важный
  разговор.
   - Спасибо. - Тайрел подошел к телефону, снял трубку и набрал номер.
   - Да? - Голос, звучавший из Фэрфакса, штат Вирджиния, был холоден, и
  произнес он всего одно короткое слово, как будто обладателю этого голоса
  совсем не хотелось говорить.
   - Это Хоторн.
   - Подождите, пожалуйста. - В трубке послышались короткие гудки, а затем
  опять раздался голос Н.В.Н. - Теперь мы можем говорить свободно, коммандер,
  - продолжил собеседник уже гораздо любезнее, - хотя в нашем разговоре и нет
  ничего предосудительного.
   - Наш разговор записывается? Поэтому и были гудки в трубке?
   - Как раз наоборот, линия засекречена. При записи на пленке будут просто
  неразборчивые звуки. Это для нашей общей безопасности.
   - Тогда можете говорить мне то, что собирались сказать. Про Амстердам.
   - Для полноты картины вы все должны увидеть собственными глазами.
   - Что вы имеете в виду?
   - Фотографии. Сделанные в Амстердаме. На них изображена ваша жена Ингрид
  Йохансен Хоторн в компании трех мужчин, но сделаны