го было вполне достаточно, чтобы ошарашить Хоторна! Или
  обладательница этого имени не подозревала, что оно известно ее
  преследователям, или, наоборот, исключительно из чувства маниакального
  самолюбия оставила в журнале свое имя, как бы на память официальным
  комиссиям и историкам. Она не боялась, что о лей узнают.
   Мадам Лебажерон, Париж.
   Лебажерон.
   Баж.
   Доминик.
   Бажарат!
  
  Глава 19
  
   Тайрел выскочил из сторожевой будки и помчался через лужайку, срезая путь
  к взлетной полосе. Однако, пробежав немного, он остановился, еще точно не
  понимая, почему сделал это. И тут до него дошло: он ожидал увидеть цепочку
  желтых огней, но их там не было, впереди была только темнота. Он снова
  побежал вперед, на этот раз еще быстрее, и проскочил в узкий проход в живой
  изгороди, обрамлявшей лужайку.
   Он думал, что Нильсен и Пул будут поджидать его вместе с двумя пилотами
  на видном месте на взлетной полосе, но там никого не было. Что-то не так.
  Тайрел сунул журнал регистрации под куст, присыпал его землей и еще раз
  внимательно оглядел взлетную полосу.
   Тишина. Никого. Только желтовато-белые очертания самолета "Гольфстрим".
   Что-то шевельнулось... Какое-то движение! Но где? Он уловил это движение
  краешком глаза - справа, за бетонной полосой. Хоторн напряг зрение,
  всматриваясь туда, и выглянувшая луна помогла ему, ее свет отразился, словно
  от зеркала. Это была диспетчерская вышка,