олодели от ярости.
   - Надо было взять их в плен.
   - Зачем? Чтобы потом они снова убивали наших детей, как убили двух моих
  сыновей в школьном автобусе?
   - Но нас будут ругать, они ведь все мертвы.
   - Мои отец и мать тоже мертвы. Эти ублюдки застрелили их в винограднике.
  Двое старых людей против этих бандитов!
   - Пусть гниют в аду! Бандиты из "Хезболлах" замучили моего брата, и он
  умер!
   - Надо взять их оружие и расстрелять из него все патроны.
   - Яков прав! Мы скажем, что они отстреливались и могли поубивать нас
  всех!
   - Тогда пусть кто-нибудь бежит в казарму за подкреплением.
   - А где их лодки?
   - Уже отплыли, их не видно. Их было штук десять, поэтому мы были
  вынуждены убить тех террористов, которых заметили.
   - Быстрей, Яков! Мы не должны давать этой проклятой либеральной прессе
  никаких поводов!
   - Постойте! Вот этот еще жив!
   - Так пусть умрет. Собирайте их оружие и стреляйте.
   Автоматные очереди снова разорвали ночную тишину. Потом солдаты побросали
  оружие диверсантов рядом с трупами и поспешно вернулись в песчаные дюны.
  Через минуту там засверкали вспышки спичек и зажигалок. Варварская бойня
  закончилась, теперь солдатам надо было представить все происшедшее как
  ожесточенный бой с диверсантами.
   Женщина продолжала ползти в воде вдоль берега. Звуки автоматных очередей
  вызвали в ее душе ненависть и ощущение громадной потери. Они казнили
  единственного человека