выявляя
  бездарей и тупиц, которых беспощадно выгонял, не слушая даже их жалких
  объяснений. Если работа должна была быть сделана, то ее обязательно надо
  было выполнить, а если возникали проблемы, которые работник не мог решить,
  то следовало советоваться с ним, а не пытаться прикрыться своей
  беспомощностью. И в большинстве случаев Генри бывал прав.
   Но однажды... только однажды... он ошибся. Фатальная ошибка. В Амстердаме
  он рассказал Филлис о жене Хоторна Ингрид, и тогда она спокойно сказала ему;
  "Ты ошибся, Хэнк, на этот раз ты ошибся. Я знаю Тайрела и знаю Ингрид, а ты
  что-то упустил".
   И когда тело Ингрид Хоторн было извлечено из канала, жена пришла к нему в
  кабинет.
   - Ты имеешь к этому какое-нибудь отношение.
   - Хэнк?
   - Боже мой, нет, Филлис. Это работа Советов, у них везде свои люди!
   - Надеюсь, что так, Генри, потому что ты можешь потерять лучшего офицера,
  когда-либо служившего в военно-морской разведке.
   Филлис никогда не называла мужа Генри, только в тех случаях, когда
  страшно злилась на него.
   - Черт возьми! Да что он задумал? Это не укладывается ни в какие рамки!
  Что за чепуха?
   - Хэнк?
   Стивенс повернул голову в сторону двери на веранду.
   - Ох, прости, Филлис, я просто сижу здесь и размышляю.
   - Ты так и не уснул после того телефонного звонка. Может быть, хочешь
  поговорить об этом... Можешь рассказать? Или меня нельзя посвящать?
   - Это касается твоего старого