вязался с Сирилом из Шарлотты-Амалии, и он сказал, что на наш счет поступил
  какой-то невероятный перевод из Лондона. Он настойчиво пытался выяснить, не
  имеют ли эти деньги отношения к людям Норьеги!
   - Он проследит за происхождением этих денег и выяснит, что они чисты, как
  нижнее белье королевы. Начинай заниматься яхтами.
   - Без тебя?
   - Я сказал: начинай заниматься, но не заключай сделок. Если найдешь
  что-то интересное, то застолби.
   - Ага, понял, надо столбить. Когда ты думаешь вернуться?
   - Думаю, что скоро... в любом случае.
   - Что значит "в любом случае"?
   - Этого я тебе не могу сказать. Позвоню через денек.
   - Тай?..
   - Да?
   - Ради Бога, будь осторожен, ладно?
   - Конечно, братишка. Ты же знаешь мое правило: я презираю безрассудно
  храбрых людей.
   - Это ты только говоришь.
   Хоторн положил трубку и поморщился от боли, неосторожно наклонившись
  влево.
   - А где бумаги, которые были в моих брюках? - спросил он Пула.
   - Да вот они, - ответил Джексон, подошел к бюро и протянул ему несколько
  сложенных листков.
   Хоторн взял пачку бумаг, перелистал ее, вытащил один листок, положил на
  кровать и разгладил. Повернувшись и снова поморщившись от боли он снял
  трубку телефона и набрал номер, записанный на листке.
   - Соедините меня, пожалуйста, с госсекретарем Палиссером, - вежливо
  попросил Тайрел. - Это говорит Хоторн.
   - Да, сэр, - ответила секретарша, - соединяю.
   - Спасибо.