омобиль. Я ездил выражать соболезнования семье этого
  труса, от которого вы так любезно меня избавили. Этот сукин сын всех бы нас
  выдал.
   - Возможно, он и сделал это.
   - Ни в коем случае, я бы знал об этом.
   - Да, вы говорили, что имеете доступ...
   - Максимальный доступ, - оборвал Бажарат Майерз, - и самое забавное, что
  это соответствует моему прозвищу.
   - Простите?
   - Не обращайте внимания, просто небольшая шутка.
   - Мой вопрос далек от шуток. К охоте за мной подключился Моссад. Что вам
  известно об этом?
   - Его агенты здесь?
   - Совершенно верно.
   - Черт побери! Об этом не упоминалось ни в одном сообщении, иначе бы я
  знал. У меня есть там несколько близких друзей, из правых, а не из левых.
   - Мне трудно в это поверить.
   - Я за все отвечаю, мадам, а остальные подчиняются мне и снабжают
  сведениями.
   - И я?
   - Вы сейчас главная моя забота, потому что собираетесь вернуть нас туда,
  где мы и должны быть. Я сделаю для вас все, что угодно. Я уже чувствую запах
  пожаров, слышу крики перепуганной толпы, вижу, как мы снова маршируем в
  колоннах. Мы снова придем к власти.
   - Смерть всем властям, - сказала Бажарат по-испански.
   - Что вы сказали?
   - Это касается только меня, но не вас.
   Бажарат повесила трубку и нахмурилась в задумчивости. Этот человек явно
  фанатик, и это ей нравилось, но не было ли здесь какой-то хитрой игры? Не
  может ли он быть подсадной уткой? Она выяснит это завтра