мочки была
  замаскирована пластиковая взрывчатка, разрушающая мощность которой равнялась
  двадцати шести унциям нитроглицерина или двухсотфунтовой бомбе. Смерть всем
  властям! Смерть всем, кто отдает приказы убивать!
   - Каби! - Голос Николо отвлек Бажарат от ее мыслей, она отошла от зеркала
  и поспешила в спальню.
   - В чем дело?
   - Эти дурацкие золотые побрякушки не лезут в рукава? Левая пролезла, а
  правая...
   - Это потому, что ты правша. Разве ты не помнишь, что всегда мучился с
  правой запонкой?
   - Я ничего не помню, а думать могу только о завтрашнем дне.
   - А не о сегодняшнем вечере? Не о президенте Соединенных Штатов?
   - Извини меня, синьора, но это большая честь для тебя, а не для меня. Мое
  счастье в Нью-Йорке, и я горю от нетерпения! Ты слышала, что она сказала в
  аэропорту? Мы проведем уик-энд вместе с ее семьей.
   - И ты узнаешь ее гораздо лучше, Нико. - Бажарат помогла ему вдеть
  запонку и отступила на шаг, любуясь в целом своим творением. - Ты
  великолепен, мой прекрасный портовый мальчишка.
   - Все еще портовый мальчишка, синьора? - Николо уперся взглядом в свою
  создательницу. - Ты никогда не позволишь мне забыть об этом. Ты вознесла
  меня очень высоко, но никогда не позволишь забыть, что я всего лишь портовый
  мальчишка. Неужели это доставляет тебе удовольствие?
   - Я вознесла тебя на ту вершину, где тебе и должно быть: на все воля
  Господа.
   - Очень странно слышать это от тебя.