будешь жить для себя? - спросил Хоторн, наполняя
  стаканы.
   - Это будет довольно скоро, дорогой. В один прекрасный день я вернусь и,
  если тебя к этому временя никто не опутает, сяду на ступеньки твоей конторы
  и скажу: "Привет, коммандер. Бери меня или выбрось акулам".
   - И как скоро это произойдет?
   - Скоро, потому что силы у меня уже на исходе... Но не будем говорить о
  будущем, Тай, нам надо поговорить о настоящем.
   - О чем?
   - Я разговаривала по телефону с мужем. Вечером мне придется вылететь в
  Париж, у него дела с княжеской семьей в Монако, и он хочет, чтобы я
  сопровождала его.
   - Сегодня вечером?
   - Я не могу отказать ему, Тай, муж так много делает для меня. Он отправил
  за мной на Мартинику самолет, утром я буду в Париже, соберу вещи, сделаю
  кое-какие покупки, а позже, днем, встречусь с ним в Ницце.
   - Ты снова исчезнешь, - сказал Хоторн. Он давно не пил шампанского, и у
  него внезапно слегка начал заплетаться язык. - Ты не вернешься!
   - Ты ужасно ошибаешься, дорогой... любовь моя. М вернусь через две или
  три недели, поверь мне. А теперь хоть эти несколько часов будь со мной, люби
  меня. Доминик поднялась с кресла, сняла белый пиджак и начала расстегивать
  блузку. Тайрел тоже поднялся и начал раздеваться, наполнив при этом стаканы.
  - Ради Бога, люби меня! - воскликнула Доминик, увлекая его к кровати.
  
  ***
  
   Дымок от их сигарет тянулся к потолку сквозь лучи послеполуденного
  солнца.