ваясь на все лады. - Но это не
  совсем верно. Американцы у меня на содержании, и они проинформировали меня о
  поступившем к ним сообщении, что ты находишься здесь. Но в каком месте, на
  каком острове? Это им неизвестно. Никто не знает, как ты выглядишь, а я
  должен признать, что ты мастерски меняешь внешность. Так в чем же здесь
  опасность?
   - Вы помните человека по фамилии Хоторн?
   - О да, конечно. Выгнанный со службы офицер военно-морской разведки США.
  Помнится, он был женат на женщине, которая служила и американцам и русским.
  Ты выяснила, кто он такой, и подстроила знакомство с ним, а потом
  развлекалась с ним несколько месяцев, когда приходила в себя после ранения.
  Ты думала, что сможешь что-то почерпнуть из его опыта.
   - Я мало чему ценному научилась у него, но сейчас он снова в деле и
  охотится за Бажарат. Я встретила его сегодня и провела с ним несколько
  часов.
   - Как это удивительно, дочь моя, - произнес падроне, внимательно
  разглядывая лицо Бажарат. - Какая радость для тебя. Ты была очень счастливой
  женщиной в те месяцы, о которых я упоминал.
   - Надо максимально пользоваться подвернувшимися удовольствиями, отец мой.
  Он был для меня незнакомым инструментом, в котором было что-то, что могло
  мне пригодиться.
   - Инструментом, который разбудил в тебе музыку, так ведь?
   - Вздор!
   - Но ты тогда пела и прыгала, как ребенок, которым никогда не была.
   - Ваша кинематографическая