ть лучшего, но самым удивительным было то, что никаких
  срочных сообщений из Лос-Анджелеса не передавали.
   Попивая кофе, вся группа смотрела программу мультфильмов, пока
  Кохальский в семь часов не переключил телевизор на программу новостей.
   Первое сообщение касалось общенациональной забастовки заключенных,
  требовавших улучшения условий в переполненных тюрьмах. За ним последовали
  материал об усиливающемся долларовом кризисе и рассказ о полицейском,
  обезвредившем бомбу, заложенную в танкер с шестьюдесятью тысячами тонн
  бензина. Во время второго рекламного перерыва изображение начало мигать, а
  потом и вовсе пропало, остался только звук. Раздался общий стон
  разочарования. Кохальский начал крутить ручки настройки, но экран
  оставался темным.
   - Ради бога, Дарроу, - взмолился он, обращаясь к специалисту по
  электронике, - оторвитесь от кресла и возьмитесь за отвертку!
   Дарроу подошел к телевизору и стукнул по крышке кулаком. По экрану
  пробежал сноп разноцветных снежинок, но изображение не появилось.
   - Для этого не нужно быть электронщиком, - проворчал Кохальский.
   Дарроу и Вейнер затеяли громкий спор о том, что могло вызвать
  исчезновение изображения, но вдруг Шарлотта Пакстон, сидевшая ближе всех к
  телевизору, подняла руку:
   - Слушайте!
   - "Как полагают, вспышка азиатского гриппа парализовала часть делового
  района Лос-Анджелеса сегодня рано утром, - говорил диктор. - Хотя эта
  вспышка