правившейся президентской
  охраны смел появившиеся было фигуры в белом в противоположном автобусе, он
  медленно оседал на простреленных шинах. Стреляя на бегу из автоматических
  крупнокалиберных винтовок, к нему бежали несколько агентов секретной
  службы, и кто-то, сорвав кольцо у гранаты со слезоточивым газом, метко
  швырнул ее внутрь.
   К тому времени, когда президент, прихрамывая из-за ушибленного колена,
  выбрался из автобуса, обе машины были окружены плотным кольцом полицейских
  машин, бронетранспортеров, пожарных машин и машин "Скорой помощи".
  Неподалеку врачи хлопотали около дышащего со свистом Боты и затем
  осторожно погрузили его в машину.
   Ступая по битому стеклу и стреляным гильзам, президент направился к
  Нейдельману, который беспомощно сидел на земле, прислонившись к пробитому
  пулей колесу. Нейдельман без очков рассеянно шарил по карманам в
  безуспешных поисках носового платка, судорожно зажатого в левой руке и
  испачканного в чей-то крови. Президент машинально полез в карман за
  солнечными очками и отдернул руку, уколовшись о сломанную оправу.
   - Вы знаете, Дик, - сказал он, протягивая Нейдельману свой носовой
  платок, - мне кажется, что нам придется предпринять что-то крайне
  решительное.
  
  
   Дуглас Уолкрофт, которого журнал "Тайм" назвал как-то "величайшим
  виртуозом первой страницы электронной газеты со времен Уолтера Кронкайта",
  был высок гостом, широкоплеч, а его грубо высеченное лицо