от "Последнего козыря". - Мэри усмехнулась абсурдности этой
  мысли. - Я пришла немного раньше назначенного времени и слышала, как он
  говорил по телефону с Майком Педларом. Они говорили об увеличении
  цитолического эффекта вируса, и Нейдельман сказал: "Как они умрут, так же
  важно, как и сколько их умрет!"
   - Ну и что? - Макэлрой еще ничего не понимал.
   - Разве ты не понимаешь. Пол?! Они не просто хотят временно
  парализовать десять тысяч человек, а убить их!
   - Но послушай, - начал Макэлрой осторожно. - На инструктаже Нейдельман
  признал, что эта операция может вызвать некоторые жертвы, правильно? Даже
  если кто-нибудь и умрет, то будет произведено вскрытие и все такое. Мне
  кажется, что Нейдельман и сейчас беспокоится по поводу того, какой эффект
  окажет вирус на те клетки, которые поразит. Он хочет, чтобы у вируса не
  было каких-нибудь цитопатических эффектов, которые позволят определить его
  при помощи обыкновенных средств.
   - Но он же сказал "цитолический", а не "цитопатический"!
   - Прошло пять месяцев, разве можно с уверенностью утверждать?
  Цитолический, цитопатический, - звучит-то почти одинаково. Если наступает
  смерть, не все ли равно, разлагаются ли клетки полностью, или у них просто
  изменяется морфология? Поскольку причина смерти скрыта...
   - Хорошо, хорошо, - прервала его Мэри. - Но если он не говорил о людях,
  когда сказал, что "уничтожение во всем районе должно быть абсолютным", то
  тогда о ком же?
   - О вирусе.