идаться друг к другу, словно у них для этого не будет завтрашнего дня. Я
  сразу почувствовал, что у кого-либо из них появятся какие-нибудь
  комплексы. Зря, что ли, я проторчал двадцать пять лет в ФБР?
   Нейдельман снял очки, чтобы вытереть капельки пота, собравшиеся на
  внутренней стороне стекол, и, не обращая больше внимания на Нейпера,
  повернулся к Честертону:
   - Да не сидите же вы без толку! Что вы предлагаете как психолог?
   - Я бы мог поговорить с ней, - ответил тот неуверенно, взглянув на
  Нейпера.
   - Поговорите, поговорите, - иронически отозвался Нейпер, застегивая
  пиджак. - Ее придется отстранить. А что касается Макэлроя, то, я считаю, и
  его нужно убирать.
   - Во всей этой истории, - сказал Честертон, - больше всего меня
  беспокоит, что она отрицательно скажется на настроении участников проекта.
  Отправлять на психолечение одного из ученых...
   - Чепуха! Какое там лечение, их следует убрать совсем! - разозлился
  Нейпер.
   - Ничего подобного не произойдет! - взорвался Нейдельман, стукнув
  кулаком по столу. - Макэлрой необходим!
   Нейпер пожал плечами, как будто для него было все равно, будет жить
  Макэлрой или умрет.
   - Ладно, - согласился он. - Тогда займемся дамочкой.
   - Вы лично, - обратился Нейдельман к Честертону, - отвечаете за Мэри
  Андерсон. Завтра вы ее осмотрите и поставите диагноз, какой хотите:
  нервное истощение из-за интенсивной работы хотя бы, но исключите ее из
  проекта. Как мы