том поступим с ней, увидим, когда все закончится. Но до
  тех пор она должна оставаться здесь, и ни один волос с ее головы не должен
  упасть!
  
  
   Мэри вернулась домой в половине второго и заперла за собой дверь. Она
  двигалась медленно, но уверенно, ее сознание было сконцентрировано на тех
  действиях, которые, как ей казалось, спасут ее от того, что она вечно,
  будет барахтаться под обломками своей распадающейся личности.
   Войдя в кухню, Мэри достала из сумочки коробку с двадцатью пятью
  таблетками нембутала, шприц, иглу и капсулу с инсулином. Она надела иглу
  на шприц, проколола резиновую пробку капсулы и наполнила инсулином шприц.
  Отложив его в сторону, она высыпала все таблетки нембутала в стакан с
  водой, подождала, пока они растворятся, и выпила его. Потом взяла шприц и,
  вонзив иглу в левую руку чуть пониже локтя, нажала на поршень. Она
  выдернула иглу и вдруг почувствовала огромное облегчение. Шприц и капсулу
  из-под инсулина она бросила в аппарат для уничтожения мусора и на минуту
  включила его, а пузырек от нембутала смахнула в мусорное ведро. Глубоко
  вздохнув, Мэри направилась в спальню, но не успела сделать и нескольких
  шагов, как пол, вдруг поднявшись, ударил ее в лицо.
  
  
   Водитель "Скорой помощи", которая примчала Мэри от жилого блока до
  госпиталя, покрыв полумильное расстояние за считанные секунды, выключил
  красный маячок на крыше машины и затормозил у приемного покоя. Санитары,
  распахнув задние дверцы, оттолкнув