нтральное отопление, холодильник и остановил
  часы.
   В течение двадцати минут он искал под столами и стульями, за картинами
  и занавесками, в абажурах и цветочных горшках, везде и во всем, что могло
  вместить миниатюрный микрофон, но ничего не нашел.
   Макэлрой уже собирался уходить, когда взгляд его задержался на чем-то
  блестевшем на полу около двери в спальню. Подойдя, он наклонился. Это был
  кусочек серебристой проволоки, тонкой и не более двух сантиметров в длину.
  На стене, как раз над тем местом, где лежала проволочка, находилась
  двойная розетка. Он поднял проволочку и задумчиво повертел ее между
  пальцами. Кто-то, догадался Пол, копался недавно в розетке. Он вынул
  перочинный нож и лезвием открыл крышку. Так и есть, медные винты и белая
  пластмассовая держалка были слишком чисты, слишком блестели, чтобы долго
  находиться на этом месте. Он медленно обвел глазами комнату. Может быть, и
  другие розетки были заменены?
   Он было хотел разобрать следующую, но вдруг сообразил, что только
  тратит время. Не здесь нужно смотреть. Положив проволочку на то место, с
  которого он ее взял, Макэлрой поставил крышку на место и вышел из комнаты.
   ...Пол вошел в свою комнату, и направился прямо на кухню за отверткой,
  и, взяв ее, пошел в комнату. Он включил радио и, подождав с минуту, чтобы
  успокоилось дыхание, осторожно отвинтил винты розетки рядом с ванной,
  поднял крышку и увидел то, что ожидал. Внутри, между проводами, лежал
  малюсенький