с Яниевым продолжает действовать, и его
  душа по-прежнему является твоей собственностью, чтобы у него не было
  соблазна кинуть меня, задав мне неисполнимую задачу.
   Это были условия, предложенные Яниевым дня три назад. Мне не очень-то
  улыбалось их подписывать. Черт побери! Это я теперь к нему буду обращаться
  каждый раз: "Полковник, не соблаговолите ли постоять в углу шваброй, пока
  ваши коллеги проводят на моей даче обыск?"
   Но, в конце концов, велико дело! Пусть себе семь лет спасает Россию!
  Вреда мне Яниев не причинит, по условиям договора, а через семь лет - Яниев
  в аду, а я на свободе! У меня в запасе вечность, что такое семь лет?
   - Хорошо, я согласен, - улыбнулся Асмодей.
   - Дурак, - сказал я Янйеву, - выговори себе хотя бы банковский счет! В
  Цхасе Манхаттан!
   - Плевать, - ответил Яниев.
   Мне стало его жалко, и я все-таки вписал в договор счет с кредитной
  карточкой.
   Мы все трое подписали договоры, Асмодей забрал бумаги и улетел за
  авизовкой в ад. Вскоре вернулся, вручил нам по экземпляру и отправился на
  нижний этаж. Полностью, надо сказать, растлился моральный облик у моего
  черта. С тех пор, как я его трахнул в бабьем облике, он к этому делу
  пристрастился, как студент к анаше. Только и знает, что ходит в женском теле
  и портит не только всех моих парней, но и всех окрестных собак и жаб. Хорошо
  еще, от него СПИДом не заразишься.
   Мы с Яниевым остались одни. Я