..
   Я понимал полковника. У него была нелегкая задача: ему позволяли спасти
  Россию, но не велели при этом трогать организованную преступность. Я бы и
  сам свихнулся. Но, если полковник надеялся вычитать у г-на Парсонса совет
  спасения России, он был глупее, чем я думал. Наконец мне это надоело, и,
  занося очередную книжку, я сказал:
   - Вася, если ты хочешь на старости лет защитить кандидатскую по
  социологии, ,то учти, что у тебя всего семь лет. Ты что, не знаешь, как
  спасти Россию? Тогда не надо было бумажку подписывать.
   - Я знаю, как спасти Россию, - огрызнулся Яниев, - надо всех вас сначала
  - в мусорный бачок и в топку.
   Однако на следующий день Яниев потребовал других документов. Донесений
  СВР. Донесений ФСБ. Внутренних отчетов Центробанка. Докладных записок
  правительства. Сведений о проводках в коммерческих банках. В швейцарских
  банках. В Chemical Bank. В Citibank. В Chase Manhattan bank. 0 движении
  денег на счетах крупнейших российских фирм. О частных вкладах политиков.
   У меня пухла голова. Он скакал на мне, как инвалид на "Запорожце", пока я
  не догадался вызвать домовых всех вышеперечисленных офисов, заклясть их и
  переподчинить полковнику. Домовой с Лубянки долго скандалил на ту тему, что
  он спецдомовой и что интересы национальной безопасности требуют освободить
  его от подобного обращения.
   Мои дела шли своим чередом. Полковник не препятствовал мне подгребать под
  себя