ем, окажешься в тот же миг на
  вечном поселении у Люцифера.
   Яниев хмыкнул.
   - Я не причиню тебе вреда.
   * * *
   Вечером, в восемь часов, к воротам нашей дачи подрулил роскошный белый
  "линкольн-таункар". Человека, вышедшего из него, звали Петр Исленов. Совсем
  недавно он был председателем правления одного из крупнейших коммерческих
  банков России. Две недели назад он почему-то ушел с этой должности,
  оставшись, впрочем, во главе созданной банком финансово-промышленной группы.
   Исленову было немного за сорок. На талии его уже скапливался канцелярский
  жирок, но превосходно пошитый костюм-тройка скрывал все недостатки фигуры. У
  него была крупная голова с копной черных, слегка волнистых волос и
  проницательными васильковыми глазами, скрывавшимися за толстыми стеклами
  черепаховых очков.
   По бокам Исленова, как и всякого уважающего себя банкира его калибра,
  громоздились четверо выездных громил в малиновых сюртуках.
   Исленов вылез из машины и огляделся по сторонам. Посмотреть было на что.
  Обычно я не прибегаю к подобным излишествам, довольствуясь среднерусским
  летом или любимой с детства горой Ай-Петри. На этот раз для встречи Исленова
  я позаимствовал декорации из разрушенных городов древних инков. Вместо
  московской апрельской оттепели русский банкир стоял посереди тропического
  леса, непроходимого месива пальм и лиан. Широкая, посыпанная галькой аллея
  прямо перед ним вела к остаткам