абочусь, дурак! - вскипел Исленов. - Ты мне помог! Ты
  меня от ада спас! И я тебе помочь хочу.
   Нашлась на мою душу гуманитарная помощь! И вообще - если Господь попустил
  человеку повелевать духами, то чего этот лезет? Я хотел выругаться, но в
  присутствии прожектора на верхней полке не смог.
   - Ты не чирикай, Аладдин, сегодня не твоя очередь чирикать, - заявил
  Карачун.
   - Это еще посмотрим! - заявил я. - Вот это видели?
   И я достал из кармана джинна в пластиковой упаковке.
   - Знаете, что будет, если меня замочить?
   - Никто тебя мочить не собирается, - процедил сквозь зубы Тхаржевский, -
  покайся и дай клятву не колдовать. И вали на все четыре стороны.
   - Весьма разумные условия, - вмешался в разговор Адашкевич, - заметьте,
  Аладдин, мы же не собираемся у вас ничего отбирать. У вас есть крупная
  нефтяная компания, с руководителями подразделений которой достигнуто
  известное взаимопонимание, у вас есть банк с уставным капиталом в полтораста
  миллионов долларов, целый портфель российских компаний, вполне приличная
  ФПГ, друзья в правительстве и деловых кругах. Если попытаться все это у вас
  отобрать - ваши люди зальют кровью слишком много кабинетов. Зачем?
  Оставайтесь при своем. Но мы останемся при своем.
   Я поглядел на замминистра. Вот козел! Значит, он обо всем заранее знал!
  Значит, его звонок был ловушкой!
   - Сашка правду говорит, - поддакнул Тхаржевский, - вы и так уже отхватили
  от