Шли минуты. Карачун беспокойно вертелся, пытаясь вслушаться в мое
  бормотание. Фотография расплывалась и растекалась, она уже не висела на
  зеркале, а как бы впиталась в него. Теперь в зеркале сверкал во весь рост
  залитый полуденным солнцем пятиэтажный отель. Картинка оживала - одно из
  окон растворилось, к стеклянным дверям подкатился вишневый джип.
   Это было уже не зеркало, а стеклянная дверь между комнатой и улицей перед
  отелем.
   Я отворил стеклянную дверь и посторонился,. пропуская Карачуна.
   - Отель "Лючия", город Каракос, не летайте самолетами Аэрофлота, - сказал
  я.
   Мы стояли на площади перед отелем. Карачун посмотрел на свои часы. На них
  было ровно полтретьего ночи.
   * * *
   В номере Карачун был молчалив и задумчив. Я его вполне понимал. На
  встречу, на которую он собирался, его приглашали в единственном числе, не
  считая телохранителя. Во всяком случае, о присутствии транспортного средства
  Карачуна на встрече ничего оговорено не было.
   И вот теперь Карачун колебался. С одной стороны, я слишком мелкая шавка,
  чтобы брать меня на встречу боссов, с другой - оставить меня в предбаннике с
  телохранителями тоже неудобно. В одном случае рассердишь боссов, в другом -
  меня.
   Я разрешил его раздумья.
   - Я, пожалуй, посплю, - заявил я. - Очень устал.
   Через пятнадцать минут Карачун заглянул ко мне в комнату.
   Я лежал на кровати, вытянувшись, и спокойно храпел.Карачун перекинул
  через