она разглядела в провалах его темных глаз,
  была какого-то иного толка. Не от бесстрастия и не от бессилия. Такой
  опытный боец, как она, уж конечно почувствовал бы это в его объятии. Нет,
  скорее всего, он стремился к чему-то вне ее и невольным движением своим
  попытался дать ей это понять.
   - Поблагодарить тебя еще раз? - спросила она.
   Он молчал, глядя на нее. Потом вскинул руку повыше, к лунному лучу,
  посмотрел на циферблат золотых часов.
   - Вообще-то, я думаю, так как времени у нас мало, пора показать тебе
  кое-какие храмы. Ты не прочь немного поскучать?
   В этой странной пропасти, которая зияла сейчас между ними, ему нужна была
  ее поддержка, чтобы не нарушить монашеский обет!
   - Мне все они интересны, Осси, - сказала она, беря его под руку, словно
  он был ее трофеем. - Кто построил, цена каждого памятника, кому там молились
  и молятся ли сейчас. Я готова скучать, слушая это до гробовой доски!
   Она была уверена, что слов для нее у него хватит, и она не ошиблась. Он
  начал свою лекцию, она слушала. Он водил ее от храма к храму, говорил
  размеренно. Она ходила следом, держась за его руку, думая: "Я буду твоей
  сестрой, твоей ученицей, всем на свете. Я помогу тебе во всем и объявлю это
  твоей заслугой, я соблазню тебя и скажу, что виновата во всем я, я добьюсь
  от тебя этой твоей улыбки, даже если она принесет мне смерть".
   - Нет, Чарли, - с самым серьезным видом говорил он. - Пропилеи - это не
  боги. а вход в святилище. Название происходит