дился ваш отец, если это вам
  известно. Профессия дедушки, нет, Чарли, с отцовской стороны. А за этим,
  неизвестно по каким причинам, последовал адрес тетки с материнской стороны,
  а вслед за тем малоизвестные подробности образования, полученного ее отцом.
  Ни один из этих первых вопросов впрямую не касался Чарли, да это и не
  входило в планы Курца. Словно сама Чарли была запретной темой, которую он
  тщательно избегал. Подлинной целью этой канонады вопросов было вовсе не
  получение информации, а воспитание в ней эдакой школьной "да - нет -
  господин учитель" покорности, навыка, от которого зависело их будущее
  сотрудничество. И Чарли, чем дальше, тем больше чувствуя, как начинает
  пульсировать в ней актерская кровь, повиновалась и окликалась все чутче, все
  самозабвеннее. Разве не то же самое сотни раз проделывала она для режиссеров
  и постановщиков, поддерживая пустую беседу, единственным смыслом которой
  было продемонстрировать себя и свои возможности? Тем приятнее делать это
  сейчас под гипнотическим и одобрительным взглядом Курца.
   - Хайди? - эхом откликнулся Курц. - Хайди? Чертовски странное имя для
  старшей сестры-англичанки, не так ли?
   - Нет, для Хайдн вовсе не странное! - с живостью возразила Чарлн и тут же
  отметила послышавшиеся из темноты смешки охранников. - Ее назвали Хайди,
  потому что родители проводили свой медовый месяц в Швейцарии, - объяснила
  она, - и Хайди зачали именно там. Среди эдельвейсов, - со вздохом прибавила
  она,