, - и благочестивых молитв.
   - Тогда откуда возникла Чармиан? - спросил Марти, когда веселье наконец
  затихло.
   Голос Чарли стал тоньше, и она, копируя ледяную интонацию своей
  стервы-матери, объяснила:
   - "Чармиан" выбрали, чтобы подлизаться к одной богатой дальней
  родственнице, носящей это имечко.
   - Ну и как, помогло? - спросил Курц, одновременно наклоняя голову, чтобы
  лучше расслышать то, что говорил ему Литвак.
   - Нет еще, - игриво ответила Чарли, все еще копируя манерную интонацию
  своей мамаши. - Папа, знаете ли, уже опочил, но кузине Чармиан это еще
  предстоит.
   Так с помощью этих и подобных этим безобидных околичностей подошли они
  постепенно к самой Чарли.
   - Весы, - с удовлетворением пробормотал Курц, записывая дату ее рождения.
  Тщательно, но быстро расспросил он ее о годах детства: адреса квартир,
  пансионы, имена друзей, клички домашних животных: Чарли отвечала
  соответственно - пространно, иногда шутливо, но с готовностью. Ее
  замечательная память, побуждаемая как вниманием Курца, так и все растущей
  потребностью самой Чарли в добрых отношениях с ним, и тут не подвела ее. От
  школы и детских впечатлений совершенно естественно было - хоть Курц и
  проделал это со всей деликатностью - перейти к горестной истории ее
  разорившегося папаши; Чарли поделилась и этой историей, рассказала спокойно,
  с трогательными деталями обо всем, начиная с первого известия о катастрофе и
  кончая тем, как пережила суд