ему на секунду удалось проскользнуть между прутьями камеры, где он был
  заключен. - Ты, между прочим, была неподражаема. - добавил он.
   На этот раз эпитет не вызвал в ней протеста.
   - Разбей машину, Осси! Счастливее мне уже не бывать!
   И прежде чем он успел остановить ее, она схватила его руку и крепко
  поцеловала костяшку большого пальца.
  
  ***
  
   Дорога была прямой, но вся в выбоинах, окрестные холмы и деревья
  припорошила белая цементная пыль. А они были замкнуты в своем мирке, и
  близость других движущихся предметов делала этот мирок еще интимнее. Она
  была предана ему и в мыслях и в той легенде, которая творилась сейчас. Она
  была подругой солдата, сама учившаяся военному ремеслу.
   - А теперь скажи мне вот что. Пока ты играла в "Барри-тиэтр" тебе, кроме
  орхидей, не дарили каких-нибудь подарков?
   - Коробку, - ответила она взволнованно и сразу, даже не сумев
  притвориться, что думает, вспоминает.
   - Расскажи, пожалуйста, какую коробку.
   Этого вопроса она ждала и потому быстро состроила недовольную мину,
  думая, что это ему должно понравиться.
   - Это был розыгрыш. Какая-то сволочь прислала мне в театр коробку. Все
  честь по чести, заказной бандеролью.
   - В какой день это было?
   - В субботу. В тот самый день, когда ты пришел на утренник и присох там в
  зале.
   - Что было в коробке?
   - Ничего. Пустая коробка от ювелира. Заказная бандероль - и ничего.
   - Как странно. А надпись на бандероли? Ты изучила ее?
   - Написано