х за допрос Курц отправил в Мюнхен заблаговременно,
  чтобы те могли отрепетировать свои шумовые и световые эффекты и ввести в
  курс дела охранников. Они прибыли в Мюнхен как джазовый дуэт - с тяжелой
  аппаратурой в металлических футлярах, в костюмах, как у Луи Армстронга.
  Спустя два дня к ним присоединилась группа Швили, скромно занявшая нижнюю
  квартиру и отрекомендовавшаяся специалистами в области филателии,
  приехавшими на большой аукцион. У соседей эта версия ни малейших подозрений
  не вызвала. "Евреи, - говорили они друг другу, но кто в наши дни придает
  этому значение? Деляги, но чего же другого от них и ждать?" Вместе с ними,
  вкупе с портативным компьютером мисс Бах, магнитофонами, наушниками и
  ящиками консервов, прибыл и худощавый парень, именуемый "пианист Самуил" и
  прикомандированный к личной команде Курца в качестве мастера телетайпной
  связи. В потайном кармане своего стеганого жилета Самуил носил огромный
  кольт, постукивавший о стол при передачах, что не мешало Самуилу с ним
  никогда не расставаться. Тихий нрав Самуила делал его как бы двойником
  Давида, афинского связиста.
   Распределение комнат было поручено мисс Бах. Леону, из-за его тихого
  характера, она выделила детскую. На ее стенах олень с влажными глазами мирно
  щипал огромные ромашки. Самуилу досталась кухня, выходящая, естественно, на
  задний двор, куда он вывел антенну, развесив па ней свои детские носочки. Но
  когда Швили увидел предназначавшуюся ему комнату,