этого они
  зажгли свет и радостно вкатились к нему со словами: "Смотрите, Салим, что мы
  получили для вас! Хватит, просыпайтесь, уже утро!" Это было письмо,
  адресованное ему и отправленное из Бейрута через Красный Крест; на конверте
  стоял штамп "Пропущено тюремной цензурой". Письмо было от его любимой сестры
  Фатьмы - той самой, что подарила ему золотой амулет на шею. Изготовил письмо
  Швили, составила мисс Бах, а хамелеонский талант Леона придал стилю
  достоверность сестринской взыскательной нежности. Моделью им послужили
  письма, полученные Янукой за то время, пока за ним велось наблюдение. Фатьма
  посылала ему свою любовь и приветы и выражала надежду, что, когда придет
  время, Салим будет держаться стойко. Похоже, она имела в виду грозившее ему
  ужасное "дознание". Она решила расстаться со своим другом и уйти со службы,
  писала она, с тем чтобы устроиться сестрой милосердия в Сайде, потому что не
  может она больше находиться вдали от родной Палестины, когда ее Янука так
  страдает. Она восхищается им и никогда не перестанет им восхищаться, клялся
  Леон. До самой смерти и после смерти Фатьма будет любить своего храброго
  брата, дорогого ее героя, уж Леон-то знает, что говорит. Янука взял письмо
  из их рук с притворным безразличием, но, оставшись один, благоговейно и
  молитвенно прижал письмо к щеке, а затем склонился в поклоне, как мученик,
  ждущий удара меча.
   - Я требую бумагу, - горделиво сказал он охранникам, когда они спустя час
  вернулись в камеру, чтобы