м
  домом. Он долго медлил. собираясь с силами, чтобы войти. Но он не плакал.
  Целыми днями сидел он на ларе с книгами и ничего не ел. Думаю, за эти
  несколько дней он постарел лет на двадцать. "Это моя могила, - сказал он. -
  Хижина станет моим надгробием". С момента переселения в Иорданию мы
  превратились в людей без родины, лишились документов, прав, будущего и
  работы. Школа, в которой я учился? Это была хибара из жести, где жужжали
  сотни жирных мух и гомонили голодные дети. Наукой мне была фатиха . Но есть
  и другая наука. Как стрелять. Как бороться с сионистскими агрессорами.
   Он замолчал, и на минуту ей показалось, что он улыбается ей, но лицо его
  было невеселым.
   - "Я борюсь и, следовательно, существую", - негромко проговорил он. -
  Знаешь, кто это сказал, Чарли? Сионист. Миролюбец, патриот и идеалист.
  Используя террористические методы, он убил много англичан и много
  палестинцев. Но оттого, что он сионист, он считается не террористом, а
  героем и патриотом. Он стал премьер-министром страны, которая зовется
  Израиль. Знаешь, откуда он родом, этот сионистский
  премьер-министр-террорист? Из Польши. Объясни, пожалуйста, ты. образованная
  англичанка, мне, простому бездомному крестьянину, объясни, как могло
  случиться, что моей страной, моей Палестиной, правит поляк, поляк, который
  существует, потому что борется? Ты можешь втолковать мне, на основе каких
  принципов, какой английской справедливости,