ней благодарениями богам и камень, который когда-то считался "пупом земли".
  Иосиф показал ей сокровищницу и беговую дорожку и рассказал о многочисленных
  войнах за обладание Оракулом. Все - с самым серьезным видом, не так, как во
  время их посещения Акрополя. У Чарли было такое впечатление, будто он держит
  в уме перечень достопримечательностей и всякий раз, что-то показав ей,
  ставит галочку.
   Когда они вернулись к машине, он протянул ей ключ зажигания.
   - Чтоб я вела? - спросила она.
   - А почему бы и нет? Я заметил, что хорошие машины - твоя слабость.
   Пустынными, петляющими дорогами они двинулись на север, и сначала он
  внимательно следил за тем, как она ведет машину - точно она сдавала правила
  вождения, но это не вывело ее из равновесия, как, видимо, и она не вывела из
  равновесия его, ибо скоро он разложил на коленях карту и перестал обращать
  на Чарли внимание. Машина была просто мечта. Дорога из асфальтовой стала
  гравиевой - при каждом крутом повороте в воздух вздымалось облако пыли и
  улетало вдаль, в залитый ярким солнцем дивный пейзаж. Иосиф вдруг сложил
  карту и сунул ее в карман на дверце машины.
   - Итак, Чарли, ты готова слушать? - спросил он неожиданно резко, будто по
  ее милости ему пришлось долго ждать. И возобновил свой рассказ.
   Они снова были в Ноттингеме и совсем потеряли голову от страсти. Они
  провели в мотеле две ночи и день. сказал Иосиф, что засвидетельствовано в
  книге регистрации постояльцев.
   - Служащие мотеля, если их припрут