но не сейчас. Скажи: "Да".
   - Да, - устало произнесла Чарли.
   - Мишеля тянуло к тебе. Это установленный факт. Он, собственно, был даже
  влюблен. У него в квартире на письменном столе лежит незаконченное письмо к
  тебе, полное поистине фантастических слов о любви и сексе. И все обращено к
  тебе. Там есть и политика.
   Медленно, словно до нее только сейчас все дошло, опухшее, искаженное лицо
  Чарли просветлело.
   - Где оно? - спросила она. - Отдайте его мне!
   - Оно сейчас изучается. При проведении операции все должно быть взвешено,
  объективно изучено.
   Чарли попыталась подняться.
   - Оно мое! Отдайте его мне!
   - Оно - собственность революции. Возможно, ты его потом получишь. Там
  увидим. - И Хельга не очень нежно толкнула ее назад, на диван. - Эта машина.
  "Мерседес", который стал грудой пепла. Это ты приехала на нем в Германию?
  Пригнала для Мишеля? Он дал тебе такое поручение? Отвечай же.
   - Из Австрии, - пробормотала она.
   - А туда откуда ты приехала?
   - Через Югославию.
   - Чарли, по-моему, ты поразительно неточна - откуда?
   - Из Салоник.
   - И Мишель, конечно, сопровождал тебя. Он, по-моему, обычно так поступал.
   - Нет.
   - Что - нет? Ты ехала одна? В такую даль? Это же нелепо! Он никогда в
  жизни не доверил бы тебе такую ответственную миссию. Я не верю ни единому
  твоему слову. Все это - вранье.
   - Не все ли равно? - сказала Чарли, снова впадая в апатию.
   Хельге было не все равно. Она уже закипала.
   - Конечно, тебе все равно! Если ты шпионка,