арке, если не считать неизменных часовых, было так же пусто, как на
  школьной спортивной площадке в первый день каникул, и Пиктон, словно
  страдающий причудами землевладелец, шагал по дорожкам, раздраженно
  посматривая на ограду, тыкая палкой во все, что ему не нравилось. Курц
  этаким веселым маленьким воробышком подпрыгивал рядом с ним. Издали их можно
  были принять за пленника и тюремщика, хотя трудно сказать, кто был кем. За
  ними тащился Шимон Литвак с двумя чемоданчиками, а за Литваком - Миссис
  О'Флаэрти, знаменитая эльзасская сука Пиктона.
   - Это очень благородно с вашей стороны - приехать в такую даль, просто
  чтобы сообщить нам о девчонке, - несколько вызывающе начал разговор Пиктон.
  - Мой шеф напишет несколько слов старине Мише - сущий черт.
   - Мише это, безусловно, будет приятно, - сказал Курц. не пытаясь
  выяснить, кого Пиктон имел в виду под чертом.
   - И все-таки эго смешно. Чтоб вы, ребята, сообщали нам о наших
  собственных террористах. В мое время дело обстояло как раз наоборот.
   Курц попытался его успокоить, сославшись на колесо истории, но Пиктон не
  понимал поэтических образов.
   - Конечно, это ваша операция, - сказал Пиктон - Ваши источники - вам и
  кукарекать. Мой шеф непреклонен в таких вопросах. А наше дело - сидеть и
  ждать, что нам, черт бы их подрал, прикажут, - добавил он и искоса взглянул
  на собеседника.
   Курц сказал, что нынче без сотрудничества - ни шагу, и на секунду
  возникло впечатление, что