старика, она увидела нечто страшноватое: за ним молча
  полукругом стояли четверо его спутников, нацелив на машину автоматы; всем им
  было меньше пятнадцати.
   - Наши люди, - сказал Чарли ее сосед уважительным тоном, когда они снова
  двинулись в путь. - Палестинские бойцы. Здесь наша часть города.
   "И Мишеля - тоже", - не без гордости подумала она.
  
  ***
  
   "Ты полюбишь их", - говорил ей Иосиф.
   Чарли провела четыре ночи и четыре дня с ребятами и полюбила их - всех
  вместе и каждого в отдельности. Они стали первой из ее семей. Они перевозили
  ее с места на место, точно сокровище - всегда в темноте, всегда очень
  бережно. Она явилась так неожиданно, пояснили они с обезоруживающим
  сожалением: нашему Капитану необходимо немножко подготовиться. Звали они ее
  "мисс Пальме" и, возможно, действительно думали, что это ее настоящее имя.
  Первой ее спальней была комната наверху старого, поврежденного бомбой дома,
  в котором не было ни души. кроме попугая, оставшегося от бывших хозяев.
  Ребята спали на лестничной площадке, по одному, а двое других курили, пили
  сладкий чай из маленьких стаканчиков и вели беседу у костра за карточной
  игрой.
   Ночи казались бесконечными, и, однако, ни одна минута не была похожа на
  другую. Сами звуки словно воевали между собой - сначала на безопасном
  расстоянии, потом приближались, перегруппировывались, а затем в страшном
  гомоне сражались друг с другом: здесь воздух разрывала музыка, там
  взвизгивали шины, выли