ма.
   До той минуты Чарли вообще не думала о самолетах. Она заметила две-три
  машины высоко в небе и полюбовалась плюмажем из белого дыма, лениво
  тянувшимся за ними. Но при ее невежестве ей и в голову не приходило, что у
  палестинцев может не быть самолетов или что израильским военно-воздушным
  силам могут не нравиться упорные притязания на территорию, находящуюся в
  пределах израильских границ.
   Внезапно до ее сознания дошло, что в небе с натужным воем разворачивается
  самолет - раздался залп с земли, хотя, конечно же, огонь был слишком слаб
  для столь быстро и высоко летящей машины. Разрыв первой бомбы был воспринят
  Чарли чуть ли не с облегчением: раз ты его слышала, значит, жива. Чарли
  сначала увидела вспышку пламени в четверти мили вверх по горе, потом -
  черную луковицу дыма, и тут же грохот и взрывная волна обрушились на нее.
  Она повернулась к Сальме и что-то ей крикнула, громко, словно вокруг ревела
  буря, тогда как на самом деле было удивительно тихо. но Сальма с застывшим
  от ненависти лицом смотрела вверх, в небо.
   - Когда они хотят в нас попасть, то попадают, - сказала она. - А сегодня
  они играют с нами. Должно быть, ты принесла нам счастье.
   Это было уж слишком, и Чарли возмутилась.
   Упала вторая бомба - казалось, много дальше, а может быть, взрыв уже не
  произвел на Чарли такого впечатления: пусть себе падают бомбы, куда хотят,
  только бы не на эти . запруженные народом улицы, где, словно маленькие
  обреченные солдатики, терпеливо