ег - всего пять тысяч километров.
  Машины - его слабость.
   - Машины, женщины и прочее баловство - все это слабости, - заметил с
  заднего сиденья второй агент. - В чем же. спрашивается, его сила?
   - Опять взял напрокат? - уточнил у Одеда Курц.
   - Опять.
   - Глаз не спускайте с этой машины, - сказал Курц, обращаясь к обоим
  спутникам сразу. - А если он вернет машину фирме и не возьмет другой, в ту
  же секунду сообщите нам.
   Требование это они уже выучили наизусть. Еще в Иерусалиме Курц твердил
  им: "Самое важное - знать, когда Янука вернет машину".
   И вдруг Одед не выдержал. Возможно, наниматели не учли его молодости и
  темперамента, делавших его уязвимым в стрессовых ситуациях. Возможно, такому
  молодому парню нельзя было поручать работу, в которой то и дело приходилось
  ждать. Резко вырулив к обочине, он с таким исступлением нажал на тормоз, что
  ручка чуть не отвалилась.
   - Да зачем же ему все спускать? - вскричал он. - К чему все эти вокруг да
  около? Он же может смотаться к себе, а там ищи его! Что тогда?
   - Тогда он для нас пропал.
   - Если так, почему сейчас его не прикончить? Да хоть сегодня вечером!
  Только прикажите, и дело будет сделано!
   Курц не прерывал полета его фантазии.
   - Ведь у нас же квартира напротив, так? Можно запулить снаряд через
  дорогу.
   Курц молчал. С тем же успехом Одед мог бушевать перед лицом сфинкса.
   - Так почему же не сделать этого, почему? - повторял Одед громко и
  взволнованно.
   Курц не то чтобы жалел